библиотека для детей Ларец сказок
Из Португалии - а кто говорит из Испании, но это все едино - вывезли утку; прозвали ее Португалкою; она несла яйца, потом ее зарезали, зажарили и подали на стол, - вот и вся ее история. Выводков из ее яиц тоже звали Португалками, и это кое-что значило. Наконец из всего потомства первой Португалки осталась на утином дворе только одна утка. На этот утиный двор допускались и куры с петухом, неимоверно задиравшим нос.
- Он просто оскорбляет меня своим неистовым криком! - говорила Португалка. - Но он красив - этого нельзя у него отнять, хоть и не сравнится с селезнем. Ему бы следовало быть посдержаннее, но ведь сдержанность - это целое искусство, требующее высшего образования. Этим отличаются певчие птички, что гнездятся вон там, в соседском саду на липах! Как мило они поют! В их пении есть что-то такое трогательное, португальское, как я это называю! Будь у меня такая певчая птичка, я бы заменила ей мать, была бы с нею ласкова, добра! Это уж у меня в крови, в моем португальстве.
И как раз в эту минуту к ней и свалилась с крыши певчая птичка. Она шарахнулась оттуда, спасаясь от кошки, и отделалась сломанным крылом.
- Как это похоже на кошку, на эту кровопийцу! - сказала Португалка. - Я знаю ее еще с той поры, как у меня самой были утята! И подумать, что такому созданию позволяют жить и бегать тут по крышам! Нет, уж в Португалии, я думаю, этого не увидишь!
И она принялась соболезновать бедной певчей птичке. Соболезновали и простые утки, не португальские.
- Бедная крошка! - говорили они, подходя к ней одна за другой. - Сами мы не из певчих, но в нас есть внутренний резонанс, или как это назвать иначе? Мы чувствуем, хоть и не говорим о том!
- Так я поговорю! - сказала Португалка. - И сделаю для нее кое-что! Это прямой долг каждого! - С этими словами она подошла к корыту и зашлепала по воде крыльями, так что чуть не потопила птичку под дождем брызг, но от доброго сердца. - Вот это доброе дело! - сказала Португалка. - Пусть смотрят и берут пример.
- Пип! - пискнула птичка; сломанное крылышко не давало ей встряхнуться хорошенько; но она все-таки понимала, что ее выкупали от доброго сердца. - Вы очень добры, сударыня! - прибавила она, но о повторении душа не просила.
- Я никогда не думала о своей доброте! - ответила Португалка. - Но я знаю, что люблю всех моих ближних, кроме кошки! А этого уж от меня и требовать никто не вправе. Она съела у меня двух утят!.. Ну, будьте же теперь здесь как дома! Это можно! Сама я тоже не здешняя, что вы, конечно, видите по моей осанке и оперению. А селезень мой здешний, не моей крови, но я не спесива!.. Если вас вообще кто-нибудь поймет здесь, во дворе, то, смею думать, это я!
- У нее Портулакия в зобу! - сострил один маленький простой утенок; остальные простые утки нашли это бесподобным: Портулакия звучит ведь совсем как Португалия! И они подталкивали друг друга, крякая:
- Кряк! Вот остряк! - Потом они опять заговаривали с певчею птичкой.
- Португалка - мастерица поговорить! - сказали они. - У нас нет таких громких слов в клюве, но и мы принимаем в вас не меньшее участие! И если мы ничего не делаем для вас, то не кричим об этом! По-нашему, так благороднее.
- У вас прелестный голос! - сказала одна из пожилых уток. - То-то, должно быть, приятно сознавать, что радуешь многих, как вы! Я, впрочем, мало смыслю в пении! Оттого и держу язык в клюве. Это лучше, чем болтать глупости, каких вам столько приходится выслушивать.
- Не надоедайте ей! - вмешалась Португалка. - Ей нужен отдых и уход. Хотите, я опять вас выкупаю, маленькая певунья?
- Ах нет, нет! Позвольте мне остаться сухою! - попросила та.
- А мне только водяное лечение и помогает! - продолжала Португалка. - Развлечения тоже очень полезны! Вот скоро придут в гости соседки куры: между ними есть две китаянки; они ходят в панталончиках и очень образованны. Они тоже не здешние, и это очень подымает их в моих глазах.
Куры явились; явился и петух. На этот раз он был настолько вежлив, что не грубиянил.
- Вы настоящая певчая птица! - сказал он птичке. - И делаете из своего крохотного голоска что можете. Но надо иметь свисток посильнее, чтобы слышно было, что ты мужчина!
Обе китаянки пришли от птички в восторг: она после купанья была вся взъерошенная и напомнила им китайского цыпленка. - Как она мила! - сказали они и вступили с нею в беседу. Говорили они шепотом, да еще и пришепетывали, как и полагается знатным китаянкам.
- Мы ведь вашей породы! А утки, даже сама Португалка, принадлежат к водяным птицам, как вы, вероятно, заметили. Вы нас еще не знаете, но и многие ли нас здесь знают или дают себе труд узнать? Никто, даже из кур никто, хотя мы и рождены для более высокого нашеста, нежели большинство! Ну, да пусть! Мы мирно идем своею дорогой среди других, хотя у нас и другие принципы: мы смотрим только на одно хорошее, говорим только о хорошем, хотя и трудно найти его там, где нет ничего! Кроме нас двух да петуха, во всем курятнике нет даровитых и в то же время честных натур. Об утином дворе и говорить нечего. Мы предостерегаем вас, милая певунья! Не верьте вон той короткохвостой утке - она хитрая! А вот та, пестрая, с кривым узором на крыльях, страшная спорщица, никому не дает сказать последнего слова, и сама всегда не права! Та жирная утка обо всех отзывается дурно, а это противно нашей природе: уж если нельзя сказать хорошего, лучше молчать! Португалка одна отличается хоть некоторым образованием, и с нею еще можно водиться, но она тоже пристрастна и слишком много говорит о своей Португалии.
- И что эти китаянки расшептались! - удивлялись две простые утки. - На нас они наводят скуку; мы никогда с ними не разговариваем.
Вот явился и селезень. Он принял певчую птичку за воробья.
- Ну да, я не больно-то разбираюсь! - сказал он. - Все едино! Она из породы шарманок; есть они - ну и ладно.
- Пусть себе говорит, а вы не обращайте внимания! - шепнула птичке Португалка. - Он зато весьма деловитый селезень, а дела ведь главное!.. Ну, а теперь я прилягу отдохнуть. Это прямой долг по отношению к самой себе, если хочешь разжиреть и быть набальзамированною яблоками и черносливом.
И она улеглась на солнышке, подмаргивая одним глазом. Улеглась она хорошо, сама была хороша и заснула хорошо. Певчая птичка почесала сломанное крылышко и прилегла к своей покровительнице. Солнышко так славно пригревало, тут было чудесное местечко.
Соседские куры принялись рыться в земле; они, в сущности, и приходили сюда только за кормом. Потом они стали расходиться; первые ушли китаянки, за ними и остальные. Остроумный утенок сказал про Португалку, что старуха скоро впадет в «утиное детство». Другие утки закрякали от смеха. «Утиное детство!» Ах, он бесподобен! Вот остряк! И они повторяли и прежнюю его остроту: «Портулакия». Ужасно забавно было! Затем улеглись и они.
Прошел час, вдруг на двор выплеснули помои и всякие кухонные отбросы. От этого всплеска вся спящая компания проснулась и забила крыльями. Проснулась и Португалка, перевалилась на другой бок и пребольно придавила певчую птичку.
- Пип! - пискнула та. - Вы наступили на меня, сударыня.
- Не попадайтесь под ноги! - ответила Португалка. - Да не будьте такою неженкой! У меня тоже есть нервы, а я никогда не пищу!
- Не сердитесь! - сказала птичка. - Это у меня так вырвалось!
Но Португалка не слушала, бросилась на поживу и отлично пообедала. Покончив с едой, она опять улеглась. Птичка снова подошла к ней и хотела было доставить ей удовольствие своим пением:
Чу-чу-чу-чу!
Уж я не промолчу,
Я вас воспеть хочу!
Чу-чу-чу-чу!
- Теперь мне надо отдохнуть после обеда! - сказала утка. - Пора вам привыкать к здешним порядкам! Я спать хочу!
Бедная птичка совсем растерялась: она ведь хотела услужить! Когда же госпожа Португалка проснулась, птичка уж опять стояла перед нею и поднесла ей найденное зернышко. Но утка не выспалась как следует и, разумеется, была не в духе.
- Отдайте это цыпленку! - крикнула она. - Да не стойте у меня над душой!
- Да вы сердиты на меня? - спросила птичка. - Что же я сделала?
- Сделала! - повторила Португалка. - Выражение не из изящных, позвольте вам заметить!
- Вчера светило солнышко, - сказала птичка, - а сегодня так серо, темно! Мне так грустно!
- Вы не сильны во времяисчислении! - сказала Португалка. - День еще не кончился! Да не смотрите же так глупо!
- Теперь у вас точь-в-точь такие же злые глаза, как те, от которых я спаслась сюда!..
- Ах, бесстыдница! - сказала Португалка. - Вы меня приравниваете к кошке, этой хищнице? В моей крови нет ни единой злой капельки! Я приняла в вас участие и научу вас приличному обхождению!
И она откусила птичке голову; птичка упала мертвая.
- Это еще что?! - сказала Португалка. - И этого перенести не могла? Ну, так она и не жилица была на этом свете! А я была для нее матерью, это я знаю! Сердце у меня есть!
Соседский петух просунул голову на двор и закукарекал, что твой паровоз.
- Вы изводите меня своим криком! - сказала утка. - Это все вы виноваты! Она потеряла голову, да и я свою скоро потеряю!
- Не много-то места она теперь занимает! - сказал петух.
- Говорите о ней почтительнее! - сказала Португалка. - У нее был голос, она умела петь, была образованна! Она была нежная и любящая, а это столь же приличествует животным, как и так называемым людям!
Вокруг мертвой птички собрались все утки; утки вообще сильно чувствуют и выражают свои чувства - и зависть и жалость. Тут завидовать было нечему, так они жалели. Пришли и куры китаянки.
- Такой певчей птички у нас больше не будет! Она была почти что китаянка! - И они всхлипывали; другие куры тоже, а утки ходили с красными глазами.
- Сердце-то у нас есть! - говорили они. - Этого уж у нас не отнимут!
- Сердце! - повторила Португалка. - Да, этого-то добра у нас здесь почти столько же, сколько и в Португалии!
- Подумаем-ка лучше, чем бы набить зобы! - заметил селезень. - Это важнее всего! А если и разбилась одна шарманка, что ж? Их еще довольно осталось на свете!


Вот и сказке На утином дворе конец, читай снова наш Ларец . Оценка: 0 0

Отзывы

Читать также Французские сказки: Амур и Безумие
Английская лисица
Астролог, упавший в колодец
Барбаик Лохо и домовой
Барбовер Зелeная Борода
Читать также Албанские сказки: Бей, валек!
Волк и осел
Гибель шайтана
Глупая жена
Гржета
понравилась сказка?
0 0 Вверх